Что такое счастье?
Однажды утром сын зашел ко мне в комнату и сказал: — Мам, я хочу учиться в МГУ. Вот так новость… — Подожди, — говорю, — давай реально смотреть на вещи. Денег на коммерческое отделение у меня нет, я столько за год не зарабатываю, а на бюджет без связей? Как туда поступить? — Я сказал, что хочу там учиться, значит поступлю сам!
Я чуть не плакала. Как объяснить ребенку, что его мама, которая с детства была для него всесильной волшебницей, ничем не сможет ему помочь?
Он занимался весь год, как одержимый. Часами сидел над учебниками, ходил после школы на подготовительные курсы, читал, учил, писал с утра до ночи. В школе каникулы — у сына курсы. Его друзья отдыхают — он зеленый, худой, с мешками под глазами сидит над книгами. А тут еще и первая любовь у него, вечером в кино, ночью за книги. У меня сердце разрывалось, когда я представляла, что все это окажется зря и он не поступит.
— Куда вы собираетесь поступать? — спрашивали меня знакомые. — В МГУ — бурчала я, заранее зная следующий вопрос. — А кто у вас там? День первого экзамена. Утром у меня все валилось из рук от переживаний. Я убеждала сына, что даже если он не поступит, я не буду его меньше любить, у нас ничего в жизни не изменится и хуже не станет. В том-то и дело, что у нас в жизни ничего не изменится. — Мам, ты не понимаешь, это дело принципа.
И вот экзамены позади. Сдал, все сдал, но списки к зачислению будут только завтра. Я не спала всю ночь. Мое сердце ликовало, но разум не давал радоваться раньше времени. Ох, а что, если не поступил? А если балла одного не хватит… Ой, ну а если поступил… Ночь на валерьянке.
Утром побежали с сыном еще за полчаса до назначенного времени. В холле уже была толпа взволнованных родителей и абитуриентов. Все на грани обморока, как и мы. Но для моего мальчика это было делом жизни, я видела, как он пытается сдержаться, но губы его подрагивают. А поступать в другой вуз в любом случае было уже поздно.
И вот появилась девушка из приемной комиссии со списками поступивших. Подходит к стенду, чтобы прикрепить заветные листы. Для кого-то счастливые, для кого-то — как приговор…
Все разом бросились к стенду.
Сын поднялся на носочки, смотрит через головы.
А я — на его глаза. Господи, каким же долгим был этот момент! И вдруг он подпрыгнул и кинулся ко мне, как когда-то, когда был совсем маленьким: — Мамочка, поступил! Я поступил!!!
И слезы радости в глазах, а сердце бьется часто-часто… Я замерла, все еще боялась поверить.
А потом мы бежали домой, нет, летели! Смеялись, кричали, я плакала, потом снова смеялась. И, кажется, в этот момент для нас с ним больше никого не существовало.
Даже когда сын уже учился на третьем курсе, нас спрашивали: «А кто у вас в МГУ?» А я с гордостью отвечала: «У нас в МГУ самый целеустремленный мальчик на свете!»